Противостоять Курти можно только объявлением состояния оккупации Косово и Метохиии

171
слика: https://www.ceopom-istina.rs/kosovo-i-metohija/kosovo-i-metohi-a-izmedju-tiganja-i-konopceta/

Начало марта в Сербии 2021 г. ознаменовалось атакой на Сербию по международному, политическому и медийному спектру относительно «косовской проблемы». «Сезон» открыл американский Госдеп, 2 марта 2021 г. выразивший «поддержку США диалогу под руководством ЕС, целью которого является нормализация и всеохватывающее соглашение со взаимным признанием»[1]. Напомним, что в письме американского президента Джозефа Байдена, адресованном Александру Вучичу по поводу Дня государственности Сербии указывалось, что США ожидают от Сербии заключения «всеохватывающего соглашения о нормализации отношений с Косово, которое сфокусировано на взаимное признание», а также продолжения процесса европейской интеграции[2]. 3 марта американский дипломат, в сферу «компетенции которого входят Западные Балканы», Мэтью Палмер, уточнил, что целью американских администраций (Трампа и Байдена – А.Ф.) «является окончание диалог по поводу Косово взаимным признанием», «США хотели бы видеть обязательный в правовом смысле договор о полной нормализации Сербии и Косово, который открывает ясный путь к европейской интеграции»[3].

Посланник ЕС по диалогу Белграда и Приштины Мирослав Лайчак, посетивший с визитом регион в начале марта с целью подготовки почвы для возобновления диалога, высказал примечательную мысль, что с «сентября в Косово не было удовлетворительного уровня политического единства для продолжения диалога»[4]. В «Республике Косове» среди «политической элиты»-бывших главарей Армии освобождения Косово (АОК) и их пособников, абсолютной константой является согласие в обретении всей полноты суверенитета и независимости квазигосударственного формирования, включая членство в ООН. Никто из каждого на свой лад авторитетных албанских кругов – Р.Харадинай, Х.Тачи, А.Курти – не соглашался делать уступки за счет «суверенитета Косовы». Все попытки представить Тачи поборником так никогда ясно и не высказанной, но не потерявшей от этого своей полной нелегитимности идеи сербского президента Александра Вучича о «разграничении» или «обмене» неких сербских территорий края на некие «албанские территории» центральной Сербии, была разбита публичными заявлениями Тачи, в которых тот в качестве размена или обмена требовал лишь приращения территорий «Косовы» за счет сербских земель.

Примечательна нынешняя трансформация в политическом пространстве «Косовы»: по результатам внеочередных парламентских выборов, прошедших 14 февраля 2021 г., ошеломляющую победу одержало Самоопределение (более 47,63 %), соответственно, место «премьера» вновь занял его бессменный лидер Альбин Курти. Отличием этого самого популярного на данный момент «косовского» политика является тщательно разработанная идейная парадигма и столь же последовательные и продуманные стратегия и тактика политической деятельности. Курти на протяжении многих лет упорно осуществляет свой курс, представляя собой яркий и выгодный контраст по сравнению не только с «косовскими», но и балканскими политиками в целом. Продуманность каждого его действия, встроенность даже самых эпатажных ходов в единую долгосрочную схему приводит к выводу, что для Запада именно он – политик того уровня, на которого можно возложить миссию окончательного признания независимости «Косовы» и приведения ее во внешне приличный вид.

Напомним, что подоплекой договоренностей 1980-х гг. по линии Рейган-Иоанн Павел II по разрушению коммунистических режимов в Европе, в том числе и в Югославии,  являлось предоставление Германии роли «поджигателей фитиля» локальных войн, поэтому практически все антиюгославские экстремисты были связаны с германской разведкой БНД, которая их вооружала, обучала и готовила к будущим «свершениям». Альбин Курти по-прежнему предан своим немецким партнерам, и его отстранение с премьерского поста в первом мандате указывает на противостояние между суверенистами Дональда Трампа и глубинным государством, которое вылилось в столкновение проамериканских и прогерманских политиков в сепаратистской Приштине.

После подписания соглашения о нормализации отношений, как ясно указал спецпредставитель ЕС по диалогу Приштина-Белград Мирослав Лайчак, должен пройти процесс согласования национальных законодательств с обязательствами, вытекающими из этого международного соглашения. Речь, конечно, идет о Конституции Сербии, говорящей о территориальной целостности государства, неотъемлемой частью которого является южный край Косово и Метохия. Но «международному сообществу» ни международное, ни внутреннее право не указ. Лайчак уведомляет, что «нам известно о содержании в преамбуле Конституции Сербии положения о том, что Косово является составной частью Сербии», но «присоединение к международным соглашениям требуют изменения национального законодательства», и «Сербия не скрывает тот факт, что изменение конституции – на повестке дня»[5]. Формулировку «Сербия не скрывает», следует ли понимать как то, что Александар Вучич, вопреки конституционным полномочиям президента (в Сербии парламентская республика, следовательно, внешнеполитический курс формирует и осуществляет премьер-министр страны под контролем парламента), отправляет сигналы о готовности изменения конституции и законодательства страны в заданном направлении?

Подчеркнем, что территориальную целостность и суверенитет Республики Сербии, как и любого другого государства, прежде всего гарантирует Устав ООН и весь комплекс международно-правовых актов о территориальной целостности, составляющих основу Ялтинско-Потсдамской системы международных отношений. Автономный край Косово и Метохия является суверенной частью Республики Сербия, т.е. автономией в рамках конституционно-правового порядка Сербии, что подтверждается Бухарестским мирным договором от 1913 г., Сербско-турецким договором 1914 г. (по которым были установлены новые международные границы на Балканах), а также Резолюциями СБ ООН №№757 и 777 от 1992 г., Парижским соглашением от 1995 г., Резолюциями СБ ООН №№1160, 1199 и 1203 от 1998 г. Военная агрессия НАТО была завершена подписанием Военно-технического соглашения (9 июня 1999 г.), 10 июня была принята Резолюция СБ ООН №1244. Эти два последние документа являют собой международно-правовые акты урегулирования положения и самым прямым образом способствуют сохранению Косово и Метохии в границах Сербии.

Резолюции СБ ООН №№1160, 1199 и 1203 от 1998 г., на которых базируется Резолюция №1244, термин «статус Косово» относят к самоуправлению и автономии края в составе Сербии. Соответственно, цель Резолюции 1244 – «определение статуса Косово и Метохии в ходе переговоров» https://undocs.org/ru/S/RES/1244(1999) – следует трактовать исключительно как нахождение формы автономии или самоуправления края в составе Республики Сербии. Вывод вопроса об определении формы автономии края из разряда внутреннего дела Сербии в ранг вопроса, подлежащего урегулированию посредством переговоров, хоть и интернационализировал вопрос «статуса КиМ», но не изменил их единственной цели – только выработка модели самоуправления албанцев в границах Сербии.

То есть не одна только Конституция Сербии и не только Резолюция СБ ООН №1244, а весь комплекс современного международного права гарантирует территориальную целостность и суверенитет сербского государства. Конституция Сербия может быть изменена, Резолюция СБ ООН №1244 может быть заменена на новую, однако это ничего не меняет в том базовом правовом положении, что Сербия является суверенным государством, территориальная целостность которого, как и любого другого государства, является неприкосновенной.

Эстафетную палочку США подхватила Германия, министр иностранных дел которой, Хайко Мас, в преддверии визита сербского министра иностранных дел Николы Селаковича отметил, что «объединенная Европа не заканчивается на внешних границах Европейского союза, а стратегический суверенитет Европы непредставим без тесной связи с Западными Балканами»[6]. Столь вдохновляющий тезис о всеевропейском внеграничном единстве, скорее всего, содержит неприятный посыл сербской власти, что взамен за сдачу Космета можно получить вот такое вполне жизнеутверждающее похлопывание по плечу с прочувствованными речами о единстве европейских народов. Немецкий посол в Сербии Томас Шиб 21 марта указал на совместную цель США и Германии – «полная нормализация отношений Белградом и Приштиной», а для «обновления диалога только необходимо дождаться формирование нового правительства в Приштине»[7].

20 марта докладчик Европарламента по Косово Виола фон Крамон-Таубадел уточнила ситуацию для Вучича, причем одновременно, как и Лайчак, выводя его на «чистую воду». Во-первых, по ее словам, вовсе не вступление Сербии в ЕС станет «платой за Косово», как на то рассчитывал Вучич, а «признание Косово – условие для дальнейшего прогресса на переговорах между Сербией и Европейским союзом. Это доведено до сведения Белграда совершенно ясно». Эзопов язык евробюрократов зачастую противоположен общепринятому смыслу. В данном случае «прогресс» может означать, например, смену пресловутого бутерброда с тунцом, которым на очередном раунде в Брюсселе угощали президента Сербии, на стандартный бургер из Макдональдса, и не более того. Ничего более Сербии ожидать не следует, поскольку над этой страной с момента военной агрессии Североатлантического альянса в 1999 г. идет непрерывная, ритуальная, расправа, в которой она методично и поступательно лишается своего суверенитета, национальных богатств и, главное, национальной идентичности. Это единственный процесс, который можно выявить в ее отношении со стороны коллективного Запада, процессов в противоположном направлении просто-напросто нет.

Однако еще более примечательно продолжение заявления Виолы фон Крамон-Таубадел о «полученных сигналах» со стороны президента Вучича, который «в свое время сказал, что когда-нибудь будут вещи, которые Сербия должна будет проглотить, и которое ей будут очень не по нраву»[8]. Обратим внимание на ярко выраженную «гауляйтерскую эстетику» в риторике А.Вучича и одновременно выраженное стремление «подыграть хозяину».

Второй докладчик по Косово, Лукас Мандл (депутат австрийского парламента) не менее открыто высказал будущие направления «работы по Косово», что имеет прямую связь с изменением отношения Запада к Курти. Мандл отметил следующее: «Мы преодолели иррациональные столкновения между этническими группами, нациями и религиями или идеологиями»; «Косово должно интегрироваться в Европу»; «Косово должно стать Кремниевой долиной  Европы – его молодое население хотят учиться и быть ангажированными в сферах информатики и новых технологий». При этом по поводу пресловутого «обмена территориями»  он указал, что «идея размена территориями между Сербией и Косово не имеет поддержки ЕС – позиция Брюсселя ясна, она заключается в том, что существующие границы должны уважаться на всей территории Балкан»[9].

Итак, Виола фон Крамон-Таубадел и Лукас Мандл, мягко пожурив Курти за прежний «популистский национализм», отмечают, что «он давно преодолен», и Курти (молниеносно! – А.Ф.) «эволюционировал в умеренного политика. Что, якобы проявилось в ходе его предвыборной компании, в которой тема некоей «Великой Албании» и не играла никакой роли», а факт открытия партией Курти – Самоопределением – филиалов в Албании и Северной Македонии, по словам Фон Крамон, «не имеет никакого особого значения»[10].

3 марта 2021 г. никто иной, как Курти заявил, что «объединение Косово и Албании – историческое намерение и желание всех албанцев»[11]. Изначально, с момента своего выхода на косовскую политическую арену в 2010 г. движение Самоопределение Альбина Курти, еще не как партия, а как гражданская инициатива, своей главной задачей ставило укрепление албанского национального самосознания, но не в рамках Косово, а в посредством присоединения Косово к Албании. Бывший лидер уличных протестов, внеинституциональный интеллектуал Курти никогда не делал ставку на замкнутую, самостоятельную «косовскую идентичность», он полагал, что это лишено смысла, выступая сразу за общеалбанское объединение – единственно возможный вариант сохранения и защиты албанской идентичности по его мнению. Социал-демократический сегмент, проявившийся в идеологии Курти на косовских парламентских выборах 2014 г., никак не помешал ему практически монополизировать национальный вопрос в наиболее полной форме: именно он в 2015 г. посредством массовых протестов и блокированием работы «косовского парламента» вплоть до применения слезоточивого газа, не позволил Приштине приступить к реализации Брюссельского соглашения 2013 г., по которому Сербия с подписью Ивицы Дачича и Александра Вучича передавала край полностью в конституционно-правовой порядок Косово, включая сербский север, ликвидировала сербские государственные органы – суд, полицию и службы безопасности, при этом содержавшего положение о формировании Ассоциации сербских общин как форму защиты сербов как нацменьшинства на территории «другого государства». В 2017 г. Самоопределение уже уверенно стало крупнейшей партией «парламента Косовы», с революционной непримиримостью, отсылающей одновременно к Ленину и Че Геваре, выступающей против всего, что потенциально может нести угрозу албанской идентичности и суверенности «Косовы».

При этом Курти выгодно отличается от сербского президента Александра Вучича с его вульгарно-декадентскими антинациональными вывертами, только разлагающими сербское общество. Нынешний «косовский премьер» последовательно формирует свою специфическую философскую конструкцию, усиливая направление «антикоррупционной борьбы» и «верховенства права», объединяя «лево-националистический антиколониализм», социал-демократию и ценности либеральной демократии в причудливую, но универсальную идеологическую парадигму. Но именно ее разносторонность наряду с такими ярко выраженными личными качествами Курти, как твердость и выдержка, позволяет не только утверждать, но и реально становится «выразителем всех чаяний албанского народа», а любые политические цели могут легко обрести свое место в идейной мозаике Курти.

Помимо недвусмысленно выраженной политической цели – стремление именно к Великой Албании, в настоящий момент не менее важно понимание Курти того, что же является препятствием к Великой Албании. Старо-новый «косовский премьер» объясняет, что «барьером является Конституция Косово, в частности, п. 1.3., запрещающий конституционное объединение с другим независимым государством, как Албания». Курти лукаво указывает Брюсселю, что именно этот пункт одновременно является препятствием и для интеграции другого типа, например, европейской». Но пока, полагает лидер Самоопределения и дважды премьер, «Албании и Косово следует координировать усилия в ключевых областях – безопасности, энергетике, природных ресурсах и внешней политике»[12]. Подобного рода взаимодействие пролагает прямой путь к государственному объединению в той или иной форме.

В то время как будущий первый «президент Косовы» Ибрахим Ругова ходил по зачарованному кругу Soros-USAID мантр о демократизации и правах человека, Курти выстраивал принципиально иную систему.

Во-первых, он последовательно отказывался от каких бы то ни было коалиционных связей с партиями, созданными командирами АОК, оправдывая свое нежелание иметь дело со столь коррумпированными личностями, а коррупция – одна из главных мишеней его борьбы. Однако более вероятно предположение, что Курти опасается быть унесенным ветром Спецсуда по Косово. Задача Курти – работать на долгосрочное доверие своего избирательного корпуса, уверенно и планомерно становясь центром притяжения всех оппозиционных движений. Рано или поздно «военное крыло» приштинской политики так или иначе сойдет с исторической сцены, на которой безраздельно будет царить Альбин Курти.

Во-вторых, именно Курти идет дальше даже бывших главарей УЧК, ставших «политическим истэблишментом Косовы». Он был единственным косовским политиком (разумеется, кроме сербов), кто не был удовлетворен планом Ахтисаари и не славил провозглашение независимости 17 февраля 2008 г. Но не из-за солидарности с сербами: его не устраивал сам факт лишения албанцев «в который раз» политической субъектности, как он считал, «международным колониальным управлением» – UNMIK. Сербы, получившие право конституционного вето, рассматривались им как потенциальная угроза «косовской суверенности». Т.е. упражняться в доказывании наличия «колониального управления над албанцами Косово» он начал с международной миссии ООН.

Итак, в плане попыток придания легитимности «независимости Косовы» Курти идет по принципиально иному варианту. Указанная антиколониальная платформа, скорее подходящая для стран африканского континента или к южноамериканскому региону, но никак не к Сербии, отсылает к намерению пойти по пути требования о предоставлении албанцам права наций на самоопределение как нации, находящейся под колониальным управлением. Этот не менее, чем все остальные потуги албанских политиков, абсурдный замысел  парадоксальным образом только доказывает невозможность придания даже видимости убедительности отделения края всеми прежними способами.

Таким образом, внеправовое положение, возникшее из военной агрессии НАТО, несмотря на препятствие в виде Устава ООН, международного права, Конституции и законодательства Сербии, а также ряда международных соглашений и резолюций СБ ООН, включая Резолюцию №1244, совместными усилиями «международного сообщества», албанской стороны и официальной сербской власти в лице Александра Вучича стремится к обретению квазилегитимности. Устав ООН, а также весь комплекс международно-правовых актов, уже упоминаемых нами ранее, гарантируют безусловную и безоговорочную территориальную целостность государств в послевоенном мире, одновременно определяя принципы обеспечения прав нацменьшинств, не обладающих правом на самоопределение и отделение.

Вернувшийся на ключевой пост «Косовы» Альбин Курти является наиболее серьезным, сильным и «долгосрочным» игроком, который, не размениваясь по мелочам, будет проводить самый масштабный план по международному обретению и укреплению «косовской государственности». Однако в этой геополитической партии лишь сама власть Республики Сербии способна придать законность отделению части своей территории. Курти можно противопоставить только столь же серьезные, «железобетонные» меры, одной из которых является провозглашение состояния оккупации на части сербского государства. Только эта мера, несмотря на любые трансформации в крае, позволит сколь угодно долго и терпеливо ждать изменения ситуации и готовить возвращение Космета в конституционно-правовой порядок Сербии, что является прямой конституционной обязанностью сербской власти.


[1] http://91.222.7.144/hronika/hajko-mas-stejt-department-podvukao-podrsku-sad-dijalogu-srbije-i-kosova-pod-vodjstvom-eu-ciji-je-cilj-normalizacija-i-sveobuhvatni-sporazum-sa-uzajamnim-priznanjem.html

[2] https://www.danas.rs/politika/bajden-cestitao-vucicu-dan-drzavnosti-srbije/

[3] http://91.222.7.144/hronika/metju-palmer-cilj-sad-je-da-se-dijalog-srbije-i-kosova-okonca-sporazumom-o-uzajamnom-priznavanju.html

[4] https://www.vesti-online.com/srbija-menja-ustav-zbog-kim/

[5] https://www.vesti-online.com/srbija-menja-ustav-zbog-kim/

[6] http://91.222.7.144/hronika/hajko-mas-stejt-department-podvukao-podrsku-sad-dijalogu-srbije-i-kosova-pod-vodjstvom-eu-ciji-je-cilj-normalizacija-i-sveobuhvatni-sporazum-sa-uzajamnim-priznanjem.html

[7] http://www.nspm.rs/hronika/tomas-sib-u-interesu-svih-a-pre-svega-gradjana-srbije-da-se-u-okviru-dijaloga-sa-kosovom-pronadju-odrziva-resenja-za-sva-otvorena-pitanja.html

[8] http://www.nspm.rs/hronika/viola-fon-kramon-taubadel-priznanje-kosova-je-uslov-za-dalji-napredak-u-pregovorima-izmedju-srbije-i-eu-to-je-beogradu-jasno-poruceno.html

[9] http://www.nspm.rs/hronika/viola-fon-kramon-taubadel-priznanje-kosova-je-uslov-za-dalji-napredak-u-pregovorima-izmedju-srbije-i-eu-to-je-beogradu-jasno-poruceno.html

[10] http://www.nspm.rs/hronika/viola-fon-kramon-taubadel-priznanje-kosova-je-uslov-za-dalji-napredak-u-pregovorima-izmedju-srbije-i-eu-to-je-beogradu-jasno-poruceno.html

[11] https://stanjestvari.com/2021/03/03/aljbin-kurti-ujedinjenje-kosova-i-albanije-istorijska-namera-i-zelja-svih-albanaca/

[12] https://stanjestvari.com/2021/03/03/aljbin-kurti-ujedinjenje-kosova-i-albanije-istorijska-namera-i-zelja-svih-albanaca/

Извор: https://regnum.ru/news/3231949.html

Превод на српски следи…

Ања ФИЛИМОНОВА
Историчар и аналитичар. Дипломирала: Ломоносов Универзитет, Историјски факултет, катедра историје Јужних и Западних Словена. Магистар историјских наука (PhD). 12 година радила као научни сарадник у Институту за словенске студије Руске академије наука, 4 године предавала у Универзитету за међународне односе (МГИМО (У) МИД РФ). Бивши главни уредник сајта и руководиоц српског филиала Фонда Стратешке културе. Главни уредник Српског става. Доцент Московског хуманитарног универзитета.