Посол РФ почтил память организатора массовых убийств и этнических чисток

517
слика: https://regnum.ru/news/polit/3091710.html

Новый российский посол в Хорватии, Андрей Нестеренко, по его собственным словам, ознакомившись детально с историей современной Хорватии, решил в качестве первого шага на новом посту возложить цветы на могилу Франьо Туджмана и «отдать честь» в виде поклона, отметив, что тот «развивался сначала как военный, потом как политик… оставил значительный след в истории всего региона»[1].

След Франьо Туджмана действительно более чем впечатляет. Во-первых и в главных, тот окончательно «решил сербский вопрос». По его словам, «Хорватия решила сербский вопрос в Хорватии. Мы приняли возвращение части сербов в Хорватию, чтобы остановить нападки на Хорватию и упреки в том, что Хорватия – продолжение НГХ и не хочет ни одного серба. Мы решили сербский вопрос, и сербов больше не будет 12% и 6 % югославян, как раньше было. А только 3 %, столько их будет, и они больше не будут угрожать хорватскому государству» (Франьо Туджман, Загреб, 15.12.1998 г.). Действительно, если в 1948 г. по переписи населения в титовской Югославии, в Республике Хорватии проживало 543 795 сербов, по переписи 1981 г. – 531 501 серба, то по переписи Хорватии 2011 г. их число составляло всего 186 633, при этом средний возраст не превышал 53 года. Сейчас в Хорватии зарегистрированы 180 тыс. сербов (однако реально проживают менее 150 тыс., в основном это люди преклонного возраста, жалеющие умереть в родных местах, их дети в подавляющем большинстве воспитаны как хорваты, и таким образом гаснут последние очаги сербства на родной земле).

«Войны не было бы, – говорил Туджман, если бы ее не хотела Хорватия. Мы расценили, что только войной можем обеспечить самостоятельность Хорватии» (Франьо Туджман, речь на Площади бана Елачича 24.05.1995 г.). Отметим, что подготовка к войне проходила основательная, по всем направлениям. В мае 1990 г. на первых многопартийных выборах в Хорватии победила партия Хорватский демократический союз (ХДС) во главе с Франьо Туджманом. Уже в конце года в республике принимается новая конституция, в которой сербы как государствообразующий народ просто-напросто выбрасываются, а Хорватия провозглашается «национальным государством хорватского народа». Сербы совершенно нелегитимно становятся национальным меньшинством.

Здесь необходимо отметить базовые исторические моменты, разъясняющие историческую проблему «хорватских территорий», манипуляцию с тезисом о «сербах-пришельцах в Хорватию» и вытекающие отсюда константы хорватской национальной политики. 

Во время существования Австро-Венгрии хорватские земли являлись лишь частью венгерских земель Дуалистической монархии, за исключением Истрии и Далмации, которые напрямую входили в состав австрийских земель монархии. Отметим, что посредством заключения личной унии еще в 1102 г., независимость «хорватских земель» была фактически продана венграм.

В середине XIX в. Королевство Хорватия и Славония занимало совсем небольшое географическое пространство в рамках Королевства Венгрии. Королевство Хорватия и Славония делилось на Гражданскую Хорватию, состоящую всего из трех областей-жупаний (Загребская, Вараждинская и Крижевацкая) и Гражданскую Славонию. Хорваты не упоминались применительно к территориям Славонии, Срема, Далмации, Бараньи и Истрии, а Славония не была объединена с Хорватией даже административно. При этом вся нынешняя Славония даже по свидетельству венгерского ученого-иезуита Сент-Иваньи (1691 г.) назвалась Рашка или Сербия[2].

Хорватию и Славонию разделяла сербская Военная Граница, образованная после отхода турок в конце XVII в., находящаяся под прямым управлением Вены. Однако после ликвидации Военной границы в 1881 г. Королевство Хорватия и Славония было расширено на значительную часть сербского пространства. С этого времени число сербского населения в Хорватии и Славонии неуклонно уменьшалось. В ХХ в. После территории Хорватии щедро приращивались за счет сербских земель как при королевской (созданное в 1918 г. Королевство словенцев, хорватов и сербов, с 1929 г. – Королевство Югославия), так и коммунистической власти.

Уменьшение количества православных сербов было связано с деятельностью римо-католической церкви. Выполнение миссионерских задач РКЦ проходило по двум направлениям: обращение некатолического населения в католицизм, а затем объединение римо-католиков сербов, немцев, чехов, словаков, словенцев, итальянцев, русинов, венгров, шокцев и буневцев в единую категорию «хорватского народа».

Однако в общественно-политическом поле отношение к сербам сформировал официальный «отец-основатель» хорватской нации, Анте Старчевич (1823-1896, отец – хорват, мать – сербка). Именно он и его Партия права заложил стереотипы и предрассудки сербов, выраженные интеллектуально обедненным провинциальным языком, зато отразившим идеалы и ценности хорватской узко-мещанской, консервативной до реакционности, прослойки. Сербов Старчевич описывает как «несвободное, зависимое население, состоявшее из бывших рабов», рассматривавшихся Старчевичем как отдельная «порода» («пасмина» – Старчевич сознательно использует термин, который применяется к животным. В целом его вокабуляр применительно к сербам крайне вульгарный и аморальный), постепенно заселявшая пространство Балкан. Название «серб», по мнению Старчевича, не является этническим понятием, он происходит от термина «servus» (раб, пленник). Термин «славяне» также не относится к народам, это социальное понятие, происходящее от латинского «sclavus», определяющего статус народов и означающее опять же рабов и пленников. Этот расистский мотив редефинирования сербского менталитета особенно сильно был выражен в работе «Име Срб». В целом всех южных славян, кроме болгар, Старчевич считал хорватами и отстаивал их право на реставрацию «прежней исторической государственности», в ходе создания которой был подчинен и с помощью христианства абсорбирован народ – «раб-пленник-кмет» (т.е. сербы). 

Территориальные «исторически хорватские» претензии Старчевича распространялись на Славонию, Далмацию, Военную Границу, Истрию, Боснию и Герцеговину – разом «похорватив» еще и два миллиона сербов БиГ, которых «здесь вообще и нет». Современники характеризовали Старчевича как «апостола ненависти против всего сербского», а эту статью – как «памфлет с кучей бессмыслиц и рецепт войны против сербов». В результате А.Старчевич создал «восторженную идентичность, воюющую с реальностью»[3].

Правашские интеллектуалы  отмечали во второй половине XIX в., что «старчевичевство шестидесятых-семидесятых годов нашей современной хорватской народной мысли дало облик и душу»[4]. К 1911 году относится свидетельство Миле Будака (впоследствии министр по делам религии и образования в Независимом Государстве Хорватия (1941-1945), заместитель Анте Павелича, организатор геноцида над сербами, евреями и цыганами): «Мы не имеем ничего против сербов потому, что они – сербы, но потому, что они – хорватские славосербы в значении Анте Старчевича. Поэтому между нами не смеет и не может быть и речи о согласии и любви… Разумеется, в наших глазах абсолютно одинаковы все славосербы…»[5]. Старчевич предоставил конкретные идеологические координаты: огромное число усташского политического руководства являлось птенцами «гнезда Старчевича». В систему хорватского национального мышления именно Старчевич привнес тоталитаризм, но, главное – впервые ее составной частью стала прямая угроза физического истребления сербов. А.Старчевич стал основоположником хорватского эксклюзивизма, генетически обусловившего возникновение усташского движения[6]. В целом слепая ненависть и призыв к кровавой революции отравил и душу хорватского народа.

Практической реализацией идеологии Старчевича являются трижды (!) геноцид над сербами в ХХ в. – в период Первой мировой войны, Второй мировой – в единственном за всю хорватскую историю  реализацию идеи создания собственной государственности, воплощенной в Независимом Государстве Хорватии, и в период локальных войн на пространстве бывшей Югославии в 1990-х гг. Отметим попутно хорватскую «вражью дивизию», воевавшую под Сталинградом и ее «боевой ренессанс» – неоусташей, ставших надежным подспорьем необандеровцам на Донбассе. Здесь же отметим еще один впечатляющий шаг российской стороны: в мае 2005 г., в честь 60-летия победы над фашизмом Российская Федерация наградила бывшего хорватского президента Стипе Месича за вклад хорватского народа и Хорватии как государства, который они дали в победу над фашизмом. Но существует один нюанс, омрачающий радость от «совместной победы над фашизмом»: родной дядя Месича, Марко Месич, был командиром усташского подразделения, воевавшего под Сталинградом. Сам Степан Месич, разумеется, бывший экспозитурой туджмановского ХДС, помимо прочего, известен тем, что человека, застрелившего маленькую девочку, Александру Зец, в 1991 г. в Загребе выстрелом в голову (это было получившее огромный общественный резонанс убийство семьи Зец), Синишу Румца, помиловал.

В годы Второй мировой войны Независимое Государство Хорватия отметилось созданием системы лагерей смерти, объединенных под общим названием Ясеновац. По данным Международной комиссии по установлению исторической истины о Ясеновце, на основе изучения европейских архивов, сербскими учеными установлено, что в Ясеновце было ликвидировано по крайней мере 700 тыс. сербов, 80 тыс. евреев и 23 тыс. цыган.  Единственным случаем в истории человечества стал лагерь смерти для детей – Стара Градишка, в котором было физически уничтожено 50 тыс. сербских, еврейских и цыганских малышей (до 14 лет). Причем обычные гражданские лица, рядовые хорваты, наряду с усташской армией – официальной армией НГХ, принимали в геноциде массовое участие, зачастую – под личным руководством и непосредственным участием римо-католического духовенства. Особо обращают на себя внимание способы «радикального решения сербского вопроса» – это убийства с особой, изощренной жестокостью, совершаемые с наслаждением, с садистскими пытками,  подручными материалами – топорами, молотами, пилами и «спецсредствами» – кривыми ножами под характерным названием «сербосек». Ликвидировались не только «представители не той национальности», но и следы самого пребывания сербов на этой земле: архивы, имущество, церкви. Всего в НГХ было уничтожено 450 православных храмов. Массовость участия хорватского населения в геноциде сербов, евреев и цыган не может не поставить вопрос о корнях и причинах патологического явления.

Глава НГХ Анте Павелич в своей авторской статье (апрель 1937 г.) отмечал, что «усташское движение возникло как… революционное движение за освобождение хорватского народа из-под чуждой власти и за восстановление самостоятельного и независимого хорватского государства… Усташство – это практическая реализация теории Старчевича…»[7]. В Независимом Государстве Хорватия идеология усташей и клерикализма соединились. 13 января 1942 г. в НГХ был принят документ, в котором указывалось, что все сербы, переведенные в католическое вероисповедание, должны считаться хорватами.

На первом общем съезде своей партии Хорватский демократический союз 24 феврале 1990 г. Франьо Туджман заявил: «Независимое Государство Хорватия не было только плодом квислингского и фашистского образования, но также и отражением исторических устремлений хорватского народа к своему самостоятельному государству…»[8]. Именно с этого момента призрак нацизма и геноцида появился в Хорватии. В это время Туджман широко распахнул ворота усташам-эмигрантам, спасшимся в свое время от судебного преследования в Латинской Америке, в Парагвае и Аргентине и их идейным наследникам. Так, главные посты в правительстве Туджмана занимают бывшие эмигранты-усташи Гойко Шушак (министр обороны!), Иван Милас (министр правосудия), Перица Юрич (замминистра внутренних дел).

Еще одно высказывание Туджмана из того времени – в стиле денацификации сербов: «Сербов в Хорватии нужно объявить хорватскими гражданами и называть их «православными хорватами». Нужно запретить определение «православный серб» (Франьо Туджман, февраль 1990 г.). Слова не повисли в воздухе: следуя практике поглавника НГХ Анте Павелича, в «самостоятельной Хорватии» Туджмана сербы, именно вследствие своей этнической принадлежности, должны были подписывать документальное подтверждение лояльности («декларацию о лояльности») новому хорватскому государству. Сербов начинают увольнять с работы именно за то, что они – сербы, разворачивается тотальное разоружение общин с сербским большинством, в марте 1991 г. начинается гражданская война нападением хорватских паравоенных формирований на сербов в Пакраце, Плитвицах, весной этого же года начинаются массовые убийства сербов – первым «звонком из НГХ» стала физическая ликвидация более сербов городе Сисак, расположенном, что примечательно, в 30 км от Ясеновца, соответственно, массовая резня в Сиске получила название «реприза Ясеновца». За убийство сербов в Сиске несут прямую ответственность такие персонажи, как Иван Бобетко – сын министра обороны Хорватии, начальника Генштаба, человека, создавшего план операции «Шторм» Янка Бобетко и Йосип Брайкович, первый президент туджмановского ХДС по Сиску и его области.

В октябре 1991 г. в г. Госпич были убиты 123 серба, среди которых 35 женщин. Тогда хорватская армия и полиция, в основном скрытые масками, вывели из своих домов и физически ликвидировали сербов-видных представителей интеллигенции: судей, прокуроров, директоров предприятий, полицейских, журналистов и просто пенсионеров. В ноябре 1991 г. в ходе вуковарской операции именно Туджман запретил эвакуировать из Вуковара 2 тыс. находившихся там детей[9]. Так началось становление власти Франьо Туджмана, оставившего «след в истории Балкан». От этого следа ощутимо веет преступлением против мира, против человечности и самыми тяжелыми военными преступлениями. Все наследившие в истории подобным образом, будем надеяться, ждут своего справедливого военного трибунала. Но «ареал действий» Туджмана не ограничивается решением сербского вопроса только в Хорватии и Боснии и Герцеговине: в 1992 г. (!), по данным Викиликс, он уже выдвигал Западу требования подвергнуть бомбардировке гражданские объекты Сербии[10].

Относительно алгоритма и источника вдохновения политики Теджмана следует вновь сделать отсылку к НГХ. В 2016 г. хорватский историк Йосип Манолич «закрыл дыру» в биографии первого хорватского президента и бывшего генерала ЮНА Франьо Туджмана: в 1942 г. тот трудился в правительстве НГХ, в Министерстве обороны  (Ministarstvо domobranstva Nezavisne Države Hrvatske – это Вооруженные силы НГХ – А.Ф.)[11]. Этот факт тщательно замалчивался Туджманом и официальной историографией, однако факт «развития как военного» ведет отнюдь не к партизанскому движению, а напрямую к карательным операциям усташей в ходе геноцида над сербами. Причем этот геноцид осуществлялся без приказов, инициативы и участия со стороны немцев, т.е. проводился руками хорватов (участвовавших в преступлениях массово, что исключает тезис о “маньяках-одиночках”). В коммунистической Югославии следу преступлений усташей во имя «братства и единства» замалчивались и тихо затирались. Франьо Туджман выстроил свою политику на наследии НГХ и отрицании преступлений усташей. Соответственно, в отличие от немцев, он никогда на каялся за преступления против сербов, напротив, это – предмет его особой гордости. Более того, в казармах армии Республики Хорватии не менее гордо были размещены портреты усташей – преступников периода Второй мировой войны. Эти портреты в свое время были убраны по прямому требованию американского посла.

Война Хорватии, которой так гордится «развившийся как военный» Франьо Туджман, начатая началась с нападения, разрушения и ликвидации всего того, что представляло Югославию: законы, государственные органы и граждан сербской национальности. Но начало было положено идеями: реабилитацией нацистов-усташей и НГХ. Отметим, что еще до начала собственно боевых действий уже начались расправы с сербами: похищения, грабежи, пытки, убийства – в городах Сисак, Осиек, Задар, Сплит, Загреб, Карловац. В период 1990-х гг. ненависть к сербам в Хорватии, распространялась как чума. От государства защиты никакой не было, все и вся было настроено против сербов. Это была не «освободительная война», как это представлял Туджман, а война хорватских спецподразделений, паравоенных формирований, создаваемых Франьо Туджманом, типа невменяемого по жестокости «Сбора народной гвардии», против отрядов сербской Территориальной обороны и милиции, создаваемых в качестве самообороны местного сербского населения на местах.

Операции хорватской армии по изгнанию сербского населения из Республики Сербской Крайны (зону под защитой ООН!), созданной на сербских землях бывшей Военной Границы, включенной, как и ряд других сербских земель, в территории Хорватии – печально известные «Молния» (май 1995) и «Шторм» (август 1995) доказывают, что эти явления – не случайные эксцессы или рецидивы. Речь идет об исторической преемственности, т.е. логичном, закономерном и единственно возможном проявлении определенной хорватской политики и хорватского национального сознания. Совсем не случайно в настоящее время наиболее чтимые торжества ежегодно проходят в Хорватии по поводу государственного праздника в честь операции «Шторм».

Предшествующая «Шторму» операция «Молния» (1 мая 1995 г.) была проведена хорватской армией, паравоенными и полицейскими силами на территории Западной Славонии, входившей в состав Республики Сербской Крайны, под прямым руководством Франьо Туджмана. Операцию планировал сам президент Туджман, а также министр обороны Гойко Шушак, начальник Генштаба Янко Бобетко и др. Операция началась внезапным артиллерийским обстрелом сербских позиций от Пакраца до Ясеновца (наличие «голубых шлемов» в этой зоне, находящейся под защитой ООН, хорватской операции не помешало), затем превосходящие хорватские силы – 16 тыс. против 4 тыс. защитников Крайны, за 36 часов атаки было изгнано 15 тыс. сербов, 283 человека убиты, среди них – 57 женщин и 9 детей.

Ликование Туджмана по поводу «развившегося сначала как военный», по словам российского посла, Туджмана, организовавшего этнические чистки в виде карательных операций против гражданского сербского населения, выглядели следующим образом: «По сербам нужно ударить так сильно, чтобы они практически исчезли» (Франьо Туджман в приказе по операции «Шторм», на брионской встрече с государственным и военным руководством Хорватии 31. 07. 1995 г.). На брионской встрече присутствовал и маньяк-каратель Мирко Норац, задачей которого ставилось «спровоцировать сербские силы выпуском пары снарядов по населенным пунктам», после операции, по словам Туджмана, «сербские силы никогда не должны оправиться, должны остаться несколько анклавов, которые сдадутся. У нас есть поддержка США, но до определенных границ. Если вы, господа, все сделаете также профессионально, как в Западной Славонии, в срок несколько дней, то мы можем рассчитывать на политические дивиденды»[12].

После массовых чисток Туджман констатировал: «Сербы позорно исчезли из этих краев, как будто их никогда и не было. Не успели взять и своих грязных трусов. Счастливого пути! А тем, кто нам и сейчас бросает упреки, что мы жжем сербские дома на освобожденных территориях Хорватии, нужно вспомнить библейский принцип из Старого завета: око за око, зуб за зуб!» (Речь Франьо Туджмана в Книне после операции «Шторм», 26.08.1995 г.). В независимой Хорватии, созданной Туджманом, осуществлялась политика прямого изгнания и истребления части населения, т.е. нацизм.

Даже рьяно антисербский Гаагский трибунал (МТБЮ) не смог остаться равнодушным к преступлениям Франьо Туджмана. Карла дель Понте, главный прокурор МТБЮ, готовила обвинение против него, однако помешала смерть Туджмана от рака в 1999 г. В приговорах МТБЮ шести хорватам ясно указано, что «Туджман разделял планы об этнической чистке мусульман в попытке объединения хорватов региона»[13].

Так благодаря усилиям хорватских лидеров, «хорватских героев» – от Туджмана до Месича и нынешних хорватских властей – была реализована «историческая идея», носящая радикально расистский, шовинистический характер, о создании этнически чистой католической Хорватии при столь же исторической константе хорватской политике – отношении к сербам как к своей легитимной жертве. Партия Туджмана и его политика являлись историческим продолжением хорватской политики «отца-основателя хорватской нации» Анте Старчевича и усташского движения времен Второй мировой войны. Ее результатом стал геноцид сербов, их изгнание со своих родных мест (450 тыс.), банальный грабеж имущества сербов стоимостью многие миллиарды долларов, уничтожение исторических, документальных и иных следов проживания здесь сербов.

Отметим и еще один момент. 20 октября 2020 г. в ходе назначения нового сербского правительства и.о. министра иностранных дел Сербии была назначена бывший премьер Ана Брнабич – хорватка по национальности, открытый приверженец нетрадиционной сексуальной ориентации, дед которой был командиром усташской армии НГХ и совершал преступления против сербов. Однако назначение Аны Брнабич имеет еще одну важную коннотацию: ранее собеседником и опорой России был Ивица Дачич, занимавший этот пост, казалось, незыблемо и вечно. На «огрехи» Дачича в виде подписания вместе с Александром Вучичем Брюссельского соглашения (апрель 2013 г.), по которому сербская власть, грубейшим образом нарушая Резолюцию СБ ООН 1244, гарантом которой является Россия, и собственную Конституцию, сама передавала все Косово, включая сербский север, под конституционно-правовой порядок сепаратистской Приштины и ликвидировала государственные органы Сербии в виде суда, полиции и спецслужб на территории «Республики Косовы» (содействие сепаратистской деятельности карается Уголовным кодексом Сербии на срок от 3 до 15 лет), РФ предпочла закрыть глаза. На настоящий момент есть информация о том, что министр обороны Сербии Александр Вулин, также трактовавшийся как определенная «российская опора», будет сменен на того, кто, подобно Ане Брнабич, будет отвечать представлениям спецпосланника США по Балканам Ричарда Гренелла. Теперь собеседниками России будут «люди Гренелла». С Аной Брнабич 28 октября, в случае, если визит состоится, придется вести диалог российскому министру иностранных дел С.Лаврову, в том числе, по ключевой косовской проблеме. С «людьми Гренелла» придется работать по вопросам военно-технического сотрудничества России с Сербией – дело, как представляется, будет весьма затейливым для исполнения.

В свете исторических фактов о политике Франьо Туджмана, его партии ХДС, поклон его могиле со стороны российского посла выглядит как изощренное издевательство над чувствами не только сербов, которых палачи Туджмана типа Мирко Норца или Томислава Мерчепа подвергали запредельным пыткам, сербов, убитых паравоенными подразделениями, созданными Туджманом, сербов, подвергшимся самой масштабной после окончания Второй мировой войны этнической чистке в ходе операций армии Туджмана «Молния» и Шторм» (не говоря об остальных «военных акциях» по геноциду и изгнанию сербов) 1995 г., но и хорватов-нееденомышленников туджмановских неоусташей, которые также подвергались и подвергаются преследованиям, и фактически вынуждены жить в условиях непрестанного психологического давление за «несогласие с линией партии». Ђ+

У всех народов Балкан, без сомнения, возник легитимный вопрос: этот запредельно скандальный посыл – поклон Туджману, это согласие и одобрение Российской Федерации политики геноцида над сербами?

Показательно, что практически одновременно, 10 сентября 2020 г. бывший германский дипломат на Балканах Герт-Хинрих Аренс заявил, что «мы поспешили признать Хорватию», «у Туджмана был план этнических чисток и изгнания сербов»[14].

Незнание и нежелание знать историю региона, демонстративный отказ от понимания фундаментальных исторических констант, слепая бюрократическая зашоренность приводят РФ к утрате стратегического смысла своей деятельности на Балканах, к тактическим провалам, каждый из которых воспринимается пощечиной сербам и прокладывает путь к полной ликвидации России из душ и умов сербов, наших единственных настоящих исторических союзников в Европе, и в мире в целом. Если России нет в душах и умах сербов, то любые экономические или военно-технические аспекты сотрудничества переигрываются западным фактором элементарно.


[1] https://www.alo.rs/vesti/region/novi-ambasador-rusije-u-zagrebu-prvo-otisao-na-tudmanov-grob/349227/vest

[2] https://www.standard.rs/2020/09/23/o-srbima-i-slavoniji/

[3] Берић Д. Указ. Соч. Књ. 1. С. 57.

[4] Цит. по: Берић Д. Хрватско праваштво и Срби. Нови Сад, 2005. Књ. 1. С. 273.

[5] Цит. по: Там же. С. 298.

[6] Усташи (от сербск. ustaša – повстанцы) – 1) участники восстаний в XVI-XVII вв. против османского ига в югославянских землях. 2) члены хорватской террористической, ультра националистической фашистской организации «Хрватски домобран», созданной в конце 20-х гг. XX в. одним из лидеров Хорватской партии права А. Павеличем, в целях маскировки и обмана присвоившим себе наименование прежних патриотов – усташи.

[7] Архив Србиjе и Црне Горе. Фонд 37 «Збирка Милана Стојадиновића». Фасцикла 19.

[8] https://www.novosti.rs/вести/планета.480.html:849022-Тридесет-година-од-озлоглашеног-обраћања-вође-ХДЗ-Туђманов-говор-дao-нова-крила-усташтву

[9] https://www.novosti.rs/вести/насловна/досије.407.html:354490-Туђман-није-дозволио-евакуацију-деце-из-Вуковара

[10] https://www.novosti.rs/vesti/planeta.300.html:345264-Vikiliks-Tudjman-trazio-bombardovanje-Srbije

[11] https://www.novosti.rs/vesti/planeta.300.html:632835-Tudjman-radio-u-vladi-NDH

[12] https://www.novosti.rs/vesti/naslovna/aktuelno.292.html:406455-Tudjman-Da-Srbi-nestanu

[13] https://www.novosti.rs/вести/планета.480.html:701678-Хаг-открио-незгодну-оставштину-хрватског-оца-домовине

[14] https://www.novosti.rs/c/vesti/politika/916510/bivsi-nemacki-diplomata-prerano-smo-priznali-hrvatsku-tudjman-imao-plan-etnicko-ciscenje-srba

Скраћена верзије је објављена: РЕГНУМ

Превод на српски се спрема